Eng Rus
Этот веб-сайт использует файлы cookie, чтобы сделать полезнее использование сайта
OK
размышления в сообществе (шестой диалог)
Медицинская литургия № 6 Главным звеном системы стал функционер МЗ или департамента.
Диалог Владимира Юрьевича Гераскина управляющего партнера консалтинговой компании DMG   и основателя, директора "Петербургского медицинского форума" к.м.н. Сергея Ануфриева.
В рамках дискуссионной площадки «Петербургского медицинского форума» мы продолжаем обсуждение профессионалами отрасли путей развития российского здравоохранения, которое назвали - медицинская литургия. Присоединяйтесь на www.medforumspb.ru и ТГ канал @clubmedforum
Литургия («публичное дело»), древний греческий термин, обозначает дополнительное обязательство, которое государство накладывает на некоторых граждан по предоставлению услуг ради общего интереса. Врачи, по сути своей профессии, должны «служить» людям для их здоровья. Но современное здравоохранение все дальше уводит врачей от этой деятельности, подменяя интересы пациента и принципы врачебной специальности биополитической реальностью («ковидные ограничения»), бюрократизацией (надзор, документация, отчеты), бизнес интересами (фарма, производители оборудования, ИТ индустрия), и финансовыми посредниками (страхование), etc. Врач, все более теряет свою субъектность и профессиональную автономию, становясь политиком, чиновником, бизнесменом, фармацевтом, экономистом, надзирателем, диспетчером… Во что превращается ministerium medicinae (лат.) и как видят здравоохранение, свою специальность сами врачи и их пациенты в эпоху постмодерна, как развивать именно ту клинику, которая отвечает предназначению медицины и интересам пациентов — эти и другие вопросы мы решили начать обсуждать.

Сергей Анатольевич Ануфриев
Сергей Ануфриев
– Вы начинали как врач, затем прошли путь в управление, консалтинг, инвестиционные и организационные проекты. В какой момент Вы для себя почувствовали, что современная медицина все меньше определяется врачебным призванием и все больше — устройством системы?
— Я начинал профессиональную деятельность в конце 90-х годов. Другими словами, я получал еще советское образование и начинал работать врачом в одноканальной, бюджетной системе здравоохранения СССР. Вся система была построена на двух ключевых принципах- гарантированная зарплата в обмен на выполнение плана, выраженного в УЕТ (условные единицы трудоемкости). Большинство стоматологов считало план некой формой «оброка», собираемого государством в обмен на твое рабочее место для дополнительного заработка. Затем, после начала перестройки и кооперативного движения появилось большое количество частных стоматологических клиник и кабинетов и система здравоохранения разделилась на частную и государственную. То есть произошла частичная легализация теневого медицинского рынка. Затем появилась система ОМС и была декларирована стратегия перехода от бюджетной к страховой медицине. Именно в этот момент клиники стали заботиться о выручке, а не только о бумажных показателях производительности в УЕТ. К сожалению, медицина не превратилась в страховую, а застряла где-то между бюджетной и страховой моделью. Под флагом социальной роли здравоохранения МЗ РФ сконцентрировал в своих руках все возможные рычаги управления- законодательный, контрольный, инвестиционный, научный, управленческий, финансовый, административный. Это привело к тому, что отрасль стала непривлекательной для инвесторов, импортозависимой и развивающейся гораздо медленнее других отраслей, таких как сельское хозяйство, например. Соответственно поменялись и производственные и рыночные взаимодействия. За редким исключением, руководители отрасли стали относиться к врачам почти как офисным менеджерам, которым за 10–15 минут приема надо и диагноз поставить и кучу бумаг заполнить. Главным звеном системы стал функционер МЗ или департамента распределяющий денежные потоки и контролирующий кадровые назначения.

Владимир Юрьевич Гераскин
Сергей Ануфриев.
–Что сильнее разрушает клинический смысл профессии: бюрократизация, коммерциализация или политизация медицины?
Главным звеном системы стал функционер МЗ или департамента распределяющий денежные потоки и контролирующий кадровые назначения.

В.Ю.Гераскин
— Социально-экономическая политика государства определяет, насколько любая отрасль экономики будет развиваться. Сегодня дефицит системы финансирования ОМС обусловлен изначально недостаточным размером налоговой базы, которая основана на отчислениях 5,1% от ФОТ. Этих средств хватает примерно на покрытие 50% потребностей ФФОМС и это с учетом того, что в тариф не заложена ни прибыль , ни амортизация. Остальные деньги собираются из других источников бюджета РФ и регионов. А замена и покупка нового оборудования решается за счет очередного нац. проекта. Недостаток финансирования влечет за собой и бюрократизацию и коммерциализацию услуг в госклиниках.
Сергей Ануфриев.
– Ваш опыт в «Медси», EMC, «Медскан.РФ», PwC дал Вам возможность видеть и клинику, и корпорацию, и консалтинговый взгляд со стороны. Кто, по-Вашему, лучше понимает текущую российскую реальность здравоохранения: практикующий врач, собственник, страховая компания или консультант?
Владимир Гераскин
— На мой взгляд, каждый хорошо понимает текущую реальность со своей позиции и специфики производственной деятельности. Общую картину по отрасли, мне кажется, лучше понимают консультанты и владельцы крупных медицинских сетей.
Сергей Ануфриев.
– Вы говорили, что Минздрав не слишком заинтересован в диалоге с частной медициной. Почему так происходит: это идеологическое недоверие, борьба за ресурсы, инерция ведомственного мышления или нежелание делиться субъектностью? И что лично Вам, как человеку с медицинским образованием труднее всего принять в современной рыночной медицине?

Владимир Гераскин
— Есть несколько проблем с которыми приходиться считаться, но труднее всего принять. Это разделение медицины на государственную и частную, при котором государство дает понять, что выполняет высокую социальную миссию в отличие от негосударственных клиник, стремящихся урвать длинный рубль. При этом развивать платные услуги в госклиниках — это хорошо, а вот пускать частные клиники в ОМС — это плохо и надо всячески ограничить. Не мешает некоторым чиновникам от медицины получать огромные коррупционные доходы и при этом позиционирующих себя как пример беззаветного служения отечеству и критикующих частные клиники за их рыночное отношение к здравоохранению (недавний арест министра Краснодарского края Филиппова, например). В общем, двойные стандарты со стороны госчиновников от здравоохранения раздражают.
Кстати, так до сих пор и не решен вопрос с обязательной публикацией госклиниками статистики по эффективности их деятельности (количество операций, процент смертности, % внутрибольничной инфекции, % повторных госпитализаций в течение года и тд). Но если бы такая статистика стала обязательной-я боюсь, что было бы гораздо больше вопросов об эффективности системы.
Сергей Ануфриев.
– Какой должна быть роль частных клиник в ОМС?
Владимир Гераскин
— В такой системе ОМС как сейчас частные клиники скорее являются неизбежным злом, с которым надо мериться, поскольку Конституция требует. Но чиновники всегда что-то придумают, чтобы деньги не выходили из периметра государственного здравоохранения.
Сергей Ануфриев
— ДМС в России — почему на ваш взгляд он не стал реальным страховым механизмом, а так и остался корпоративной «подпиской на быстрый доступ» и лучший сервис?
Владимир Гераскин
— ДМС это вариант дополнительной мотивации для привлечения и удержания сотрудников крупных компаний. Оно никогда не станет массовым при наличии бесплатной и достаточно широкой сети клиник в системе ОМС. Зачем платить дМС, если могу все получить бесплатно?
Сергей Ануфриев
— 12 марта 2026 ИА «Фонтанка» сообщила, что «сотрудники городской прокуратуры проводит проверку в отношении прежнего руководства компании «Ава-Петер», оператора сети клиник «Скандинавия». Речь идет о якобы необоснованной оплате счетов из фонда ОМС на предоставление плановой специализированной медпомощи за счет квот других регионов. На повестке дня ст.159 ч.4. (подробнее https://www.fontanka.ru/2026/03/12/76306978/)
На ваш взгляд, с чем может быть связана такая ситуация, необходимостью правильно оформлять документы при межтерриториальных расчетах в ОМС или уровнем профессионализма менеджеров частной медицины или другими факторами…?
Владимир Гераскин

— Мне кажется, у «Скандинавии» проблема в сфере привлечения пациентов из других регионов по ОМС, с выдачей направлений в нарушении действующего порядка. И все это на фоне дефицита финансирования системы ОМС, в результате чего государство вынуждено вводить ограничительные и распределительные механизмы по движению пациентов и денег.

Владимир Гераскин

— Мне кажется, у «Скандинавии» проблема в сфере привлечения пациентов из других регионов по ОМС, с выдачей направлений в нарушении действующего порядка. И все это на фоне дефицита финансирования системы ОМС, в результате чего государство вынуждено вводить ограничительные и распределительные механизмы по движению пациентов и денег.

Сергей Ануфриев

— Как Вы отвечаете на распространенный упрек: частная медицина забирает кадры, деньги и лучших пациентов, а общественные издержки оставляет государству?

Владимир Гераскин

— Я бы ответил так: государственная и частная медицина скорее соперничают на рынке , чем сотрудничают. Так чего же на конкуренцию жаловаться? Или мы единая система здравоохранения и тогда вопрос справедливый или мы конкуренты и тогда каждый использует свои возможности, а пациент решит куда ему идти. Государство забирает часть пациентов, предоставляя им платные услуги в госклиниках! Государство контролирует рынок ОМС за счет невыгодных тарифов для частников ( а госклиникам через другие каналы и льготы предоставляя компенсацию низких тарифов по ОМС), государство не стимулирует приток инвестиций, инвестируя огромные деньги в развитие и содержание своей сети. Зачем инвестировать в частную клинику, если рядом уже есть или строится бесплатная государственная? В руках государства законодательная, исполнительная и контрольные функции. Государство контролирует 80% всего медицинского рынка.И вы еще жалуетесь? То есть в идеале надо и всех платных пациентов отдать в госклиники, чтобы госсектор составлял 100% рынка? Это уже было при СССР. Не хочется повторять.

Сергей Ануфриев

— На Вашем опыте, что чаще всего приводит клинику к кризису: слабый менеджмент, неумение работать с медперсоналом или неправильная финансовая модель?


Владимир Гераскин

-Причины разные, но в основе их всегда недостаточность образования и опыта у руководителей клиник.



Сергей Ануфриев

— Когда Вы анализировали бизнес-модели крупных клиник, не возникало ли у Вас опасения, что укрупнение убивает качество медицинской помощи в них?


Владимир Гераскин

-Нет. Скорее наоборот. В крупной клинике есть больше финансовых возможностей для поддержания и повышения качества. К тому же, большая клиника - это большие инвестиции и соответственно риск их потерять лучше стимулирует владельцев следить за качеством и безопасностью услуг.



Сергей Ануфриев
— ЕГИСЗ, интеграция данных, платформы, алгоритмы, ИИ — это путь к новой целостности системы или к новому типу административно-технологического надзора над медициной?

Владимир Гераскин

-И то и другое. Тут важно соблюсти пропорции.

Сергей Ануфриев
— Если бы Вам предложили сформулировать три институциональных реформы, которые действительно вернули бы здравоохранение к его предназначению, что бы Вы назвали?

Владимир Гераскин


1. Обеспечить адекватный источник средств для финансирования ОМС , работающего по рыночным тарифам вместо 5.1% от ФОТ;

2. Разделить законодательную, исполнительную и контрольные функции МЗ РФ. А то сам придумываю, сам исполняю, сам контролирую, сам распределяю. Очень удобно, но эффективность и объективность страдают.

3. Прекратить оказывать платные услуги в бюджетных медицинских учреждениях. Четко дав понять рынку: бесплатно в госклиниках, за деньги в частных.

4.Частные клиники в ОМС только в случае отсутствия возможности оказания бесплатной помощи или какого-то ее вида в данном регионе.

5.Принял бы закон, что гражданам , уклонившимся от прохождения диспансеризации в текущем году бесплатные услуги по ОМС будут предоставляться только после прохождения диспансеризации или по определенной стоимости.
Сергей Ануфриев
— Если завершить разговор в логике “медицинской литургии”: кому в действительности сегодня служит российская медицина — пациенту, обществу, государству, рынку или самой себе.




Владимир Гераскин

"На мой взгляд, система здравоохранения должна служить обществу в пределах ее технологических, финансовых, социальных и политических ограничений и возможностей. А вот насколько достигнутые результаты соответствуют потраченным усилиям и средствам в сегодняшних реалиях определяет скорее всего Президент, Премьер-министр, Счетная Палата и руководители лидирующих политических партий в Госдуме. Реально, только эти ветви власти могут что-то изменить в условиях монополии МЗ РФ на стратегию развития медицины в РФ."